№ 58 / Осень 2015

классик OPEN №58 2015 46 —Машинным маслом? — переспросила шокированная такой перспективой аристократка. — Именно так, — подтвердил Ян. —В таком случае, быть может, лучше пойти на службу в министерство иностранных дел, — предложила мать, — там по крайней мере гораздо чище. новая профессия Для начала Ян отправился на континент: сначала в Же- неву, затем в Мюнхенский университет с целью изучить французский и немецкий, чтобы позднее поступить на службу в министерство иностранных дел. Он провел за границей два года, усердно штудируя языки и добившись неплохих результатов. Изучал он также и русский язык. Однако, вернувшись в Лондон, Ян не сумел набрать не- обходимое количество баллов на экзаменах в Форин- офис. Благодаря связям матери он поступает в агентство «Рейтер» и несколько лет колесит по Европе, приобретая опыт журналиста. Он учится писать кратко, точно и энер- гично. В начале 1933 года Флемингу предложили срочно за- няться русским языком и отправиться в Советскую Рос- сию, в московское бюро агентства. Весной 1933 года Фле- минг освещает для британской прессы дело шести англий- ских инженеров из компании «Метро-Викерс», обвиненных в шпионской деятельности и саботаже про- тив СССР. Обвиняемыми по делу проходили и несколько советских служащих, работавших в «Викерс», в том числе темноволосая красавица секретарша, некая Анна Серге- евна Кутузова, ставшая позднее прототипом Татьяны в романе «Из России с любовью». Прокурором на процессе выступал Андрей Вышинский. Председательствовал Васи- лий Ульрих. Репортажи Флеминга из Октябрьского зала Дома Союзов перепечатывали крупнейшие лондонские газеты. Под конец своего пребывания в Москве Ян обратился с письмом к самому Сталину с просьбой дать ему интер- вью. Ответ пришел довольно быстро. Машинописный текст гласил: «К сожалению, не имею возможности вы- полнить Вашу просьбу». Ниже стояла собственноручная подпись советского вождя: И. Сталин. Документ этот занял почетное место в коллекции автографов, которую Флеминг собирал всю жизнь. сухопутный моряк После возвращения в Лондон Ян уходит из журна- листики и несколько лет работает в Сити биржевым ма- клером. Но весной 1939 года лондонская «Таймс» нео- жиданно предлагает ему освещать визит британской торговой делегации в Москву. Флеминг принимает это предложение и в марте 1939-го приезжает в столицу СССР. Выбор «Таймс» выглядел достаточно странным, ведь Флеминг уже несколько лет не писал статей. Правда, у него сохранились в этом мире обширные связи, впрочем, как и в правительственных кругах, где он завоевал репутацию своими репортажами из Москвы в 1933 году. Назвать эту миссию шпионской вряд ли оправданно, поскольку у Флеминга не было никакой специальной под- готовки, однако поездка явно носила достаточно деликат- ный характер. Вполне вероятно, Флеминг пытался ис- пользовать свои прежние знакомства в Москве, чтобы прозондировать настроения в верхних эшелонах власти в канун начала Второй мировой войны. Впоследствии Фле- минг почти ничего не говорил об этой поездке. Впрочем, деятельность британского журналиста в тот период едва ли могла остаться незамеченной компетентными орга- нами, и весьма вероятно, что в архивах на Лубянке его контакты отражены достаточно подробно. В пользу версии о некоей тайной подоплеке поездки Флеминга в Москву говорит и то, что вскоре по приезде в Лондон ему была предложена работа в Британском адми- ралтействе, в отделе морской разведки, созданном в пред- дверии войны. Адмиралу Джону Годфри, возглавлявшему отдел, нужен был личный помощник, владевший языками, со связями в Сити и журналистском мире, словом, именно такой человек, как Флеминг. Сначала ему был присвоен чин лейтенанта военно-морских сил, затем звание капи- тана третьего ранга. Нельзя сказать, что штабная работа полностью удовлетворяла нашего героя. По натуре Фле- минг не был человеком действия. Он не мыслил жизни без комфорта и вряд ли был способен добровольно от него отказаться. И тем не менее порой Ян начинал испытывать ненависть к рутинной бумажной работе, которую выпол- нял, какой бы важной и секретной она ни являлась. На основе полученных разведывательных данных он коорди- нировал действия боевых соединений и чрезвычайно до- бросовестно и ответственно относился к своим обязанно- стям. Его большой письменный стол был завален меморан- думами, шифрами, кодами. (Кстати, бумаги Флеминг под- писывал своим личным шифром 17Ф.) Яну, разумеется, было приятно, когда адмирал Годфри отзывался о нем как о лучшем сухопутном моряке Великобритании, но иногда ему казалось, что он много бы отдал, чтобы избавиться от определения «сухопутный». Это желание тем более по- нятно, что Флеминг принимал самое непосредственное участие в создании элитных спецчастей морских десант- ников, которым поручалось выполнение самых рискован- ных операций. Изредка, во время командировок, Флеминг получал возможность встретиться с этими отчаянными людьми. Он восхищался их мужеством, грубоватым чув- ством юмора, своеобразным сленгом. Его мечтой было лично возглавить какую-нибудь операцию с участием де- сантников и встретиться лицом к лицу с врагом. Но жела- ние это, увы, так и не осуществилось.