№ 59 / Зима 2015-2016

обратный отсчет OPEN №59 2015–2016 60 предписания версальского этикета, порой граничившие с абсурдом. К примеру, лишь первая фрейлина могла по- дать ей стакан воды. В ее отсутствие Антуанетта вынуж- дена была терпеть жажду, так как никто другой не смел ей услужить. Так неужели она не имела права проводить свое свободное время так, как хочется? Антуанетта умела добиваться своего. Верховые про- гулки были запрещены—слишком опасно. Тогда она упро- сила старого короля разрешить ей кататься на… осликах. Окружавшие Версаль леса после этого часто оглашались криками ослов, веселым смехом и возгласами Антуанетты и ее молодых фрейлин. Императрица, которую регулярно извещали о причудах дочери, не всегда их одобряла. Ино- гда дело касалось мелочей, как, например, в случае, когда Антуанетта перестала носить корсет из китового уса. А ведь он был призван скрывать небольшой изъян в ее сложе- нии—одна лопатка выдавалась несколько сильнее другой. Это, однако, было пустяком по сравнению с той войной, которую Антуанетта объявила любовнице старого короля мадам Дюбарри. Дело в том, что хотя официально Антуа- нетта являлась первой дамой королевства, красавица Дю- барри реально обладала большим влиянием. На официальных приемах Антуанетта делала вид, что не замечает Дюбарри, а когда та обращалась к ней, пре- зрительно отворачивалась. Не раз фаворитка убегала с таких приемов в слезах. Людовику XV пришлось обра- титься за помощью к императрице. Но только после не- скольких гневных писем матери своевольная семнадцати- летняя Антуанетта скрепя сердце выполнила ее наказ. На одном из банкетов, едва повернув голову в сторону Дю- барри, она проронила: «Сегодня в Версале много всякого народа, не правда ли?» И отвернулась. Но фаворитка и этому была рада. Все это — и неуемная жажда развлече- ний, и перепады в настроении юной дофины, и вражда к мадам Дюбарри — свидетельствовало о глубокой про- блеме в личной жизни Антуанетты. Ни в Версале, ни в Париже ни для кого не была секре- том полная несостоятельность ее супруга. Луи очень пе- реживал по этому поводу. Ему могла бы помочь неболь- шая хирургическая операция, но по каким-то лишь ему известным соображениям он от нее отказывался. При этом Луи не был трусом. Скорее всего, будучи глубоко верующим, он считал, что если Господь создал его с недо- статком, грех идти наперекор Божьей воле. Со временем Луи все больше привязывался к своей красавице-жене. Словно огромный сенбернар преданно смотрел он в ее прекрасные голубые с поволокой глаза, на лету ловил желания, исполнял прихоти. Он даже начал брать уроки танцев, чтобы присутствовать на балах, кото- рые давала Антуанетта. И все-таки настоящей близости между ними не было. Это и порождало слухи о якобы имевших место романах Антуанетты. Она и в самом деле была неравнодушна к комплиментам мужчин, но все это никогда не выходило за рамки куртуазных любезностей. Да при дворе и не было кавалера, способного взволновать ее сердце. Правда, в 1774 году в Версале появился моло- дой человек, который произвел на Антуанетту глубокое впечатление своей мужественной красотой. Звали его граф Аксель Ферзен. Он был родом из Швеции. Однако вскоре Ферзен покинул Францию, чтобы принять участие в войне американских колоний за независимость. молодая королева Антуанетта судорожно ищет людей, которым могла бы излить душу, доверить свои маленькие тайны. Она тесно сближается с двумя придворными дамами — принцессой Ламбаль и фрейлинойИоландой де Полиньяк. Однако если дружеские отношения Ламбаль к Антуанетте были вполне бескорыстны, то мадам де Полиньяк, ставшая ее первой фрейлиной, использовала близость к дофине, чтобы укре- пить положение своей многочисленной родни. Бездарные представители этой фамилии со временем заняли многие ответственные посты. Дружба с Полиньяками обошлась Антуанетте в несколько миллионов ливров. Кроме того, пошли разговоры об особых отношениях Антуанетты и двух упомянутых дам. Слухи эти были совершенно беспоч- венны. Антуанетту они, разумеется, раздражали, однако она относилась к этому достаточно философски — Вер- саль жить не мог без сплетен и скандалов. 10 мая 1774 года ЛюдовикXV скончался. На трон взошел его внук. Молодая королева Франции подавала двору при- мер экстравагантности и расточительности. Антуанетта всегда была неравнодушна к нарядам. Сейчас она могла на- конец занять единственное, по ее мнению, подобающее по- ложение — законодательницы мод. Туалеты королевы ис- числялись сотнями — шелк, атлас, золотое и серебряное шитье, ткани, унизанные жемчугом и драгоценными кам- нями. Все это были шедевры, рожденные фантазией несрав- ненной мадемуазель Бертен. Ее творения считались этало- ном вкуса. Кстати, великая портниха не была дворянкой и посему не могла иметь доступа в Версаль. Антуанетте при- ходилось различными способами обходить этот запрет. Если туалетымолодой королевы поражали своей роско- шью и фантазией, то ее прически отличались невиданной доселе экстравагантностью. В парикмахерском искусстве, как, впрочем, и других, тогда господствовал стиль рококо— вычурный и изысканный. Волосызачесывались высоко вверх на 40–45 сантиметров. Украшенные же страусиными пе- рьями прически достигали и метра в высоту. Дело доходило до того, что прямоугольные дверные проемы в ложах Анту- анеттыи ее дам в оперном театре Версаля приходилось пере- делывать, придавая им наверху форму арки. Не могли же дамы входить в ложи, согнувшись в три погибели! Однако все расходы Антуанетты на прически, туалеты и драгоценности меркли перед суммами, которые она тратила на переделку замка Маленький Трианон. Это чудо архитек- турного искусстваЛуи подарил ей вскоре после смерти деда,