№ 64 / Весна 2017

обратный отсчет OPEN №64 2017 56 для него коллекцию старинных драгоценных камней. Ланской был человек вполне заурядный, но приятный в обращении. Беспечный от природы, он даже у Екатерины отбивал охоту к честолюбивым планам, имевшимся у нее на его счет. Лень мешала ему принимать какое-либо уча- стие в государственных делах. В этом смысле он был едва ли не единственным исключением среди любовников Екатерины. Много позже, уже будучи в преклонном возрасте, Ека- терина как-то заявила, что Россия должна быть благо- дарна ей за фаворитов, которых она считала своими уче- никами, овладевавшими под ее руководством мудростью управления государством. На самом деле из всего своего мужского гарема она подготовила лишь единственного толкового политика — Григория Потемкина, и то лишь потому, что у него мужские достоинства случайно соеди- нились со способностями государственного мужа. Ланской, несмотря на свою ограниченность, обладал достаточно здравым смыслом, чтобы не пытаться играть роль, для которой не имел никаких данных. Его возлю- бленной приходилось довольствоваться для него внешним блеском чисто декоративных должностей. Екатерина осыпала Ланского множеством наград. Грудь его укра- шали ордена, отечественные и иностранные: король Речи Посполитой наградил фаворита орденом Белого Орла и Святого Станислава, а Екатерина — орденом Александра Невского. В 1783 году Ланской получил орден Святой Анны, а также шведский орден Полярной Звезды. Ему было присвоено звание генерал-поручика, флигель-адъю- танта, камергера, шефа кирасирского полка, титул графа. Причем все эти пожалования он принимал равнодушно, даже неохотно. Интерес у него вызывали только деньги и ценности, так сказать, осязаемые. Императрица окружила Ланского неслыханной ро- скошью. Ей ничего не было жаль для Сашеньки, как она его называла. Она дарила ему шпаги, усыпанные брилли- антами, роскошные костюмы, одни пуговицы на которых стоили тысячи рублей, жаловала дворцы и поместья с де- сятками тысяч крестьян. Подсчитано, что за четыре года свой близости с императрицей Ланской получил в общей сложности 7,5 млн рублей. Сумма по тем временам колос- сальная. Более крупным, чем он, состоянием, располагали лишь граф Орлов и князь Потемкин. Но фавор Орлова длился четырнадцать лет, а Потемкин пятнадцать лет был всемогущим министром, правой рукой государыни. бедные родственники Проблему для Екатерины представляла семья фаво- рита. У Ланского были буйные братья, о неподобающем поведении которых императрица часто упоминала в своих письмах к Гримму. Екатерина отправила их в заграничное путешествие и наблюдала, чтобы они не слишком безоб- разничали в чужих краях. Ланской не обращал на них ни- какого внимания и не считал нужным финансово помо- гать родным. Это делала за него императрица. Пожалуй, главным недостатком Ланского было его пристрастие к вину. Сохранился рецепт придуманного им пунша, которым фаворит злоупотреблял: смесь токай- ского вина, рома и ананасного сока. Но государыня снис- ходительно относилась к этой слабости. «Зоренька моя», — называл ее Ланской, как все фаво- риты. Екатерина любила это слово. Оно означало, что для ее избранников заря фортуны занималась только с ее лю- бовью. Ланской, однако, в самом деле относился к импе- ратрице с нежностью и пламенным обожанием. рука судьбы В июне 1784 года после обеда в летнем дворце Цар- ского Села Ланской пожаловался на боль в горле и от- правился к себе лечь в постель. К шести часам он почув- ствовал себя лучше и смог сопровождать Екатерину на прогулке по парку. Затем, откланявшись, снова пошел домой прилечь. Поначалу ни Екатерина, ни Ланской не придали зна- чения этому недомоганию. Тем не менее из Петербурга в Царское Село вызвали гофмедика императрицы Мельхи- ора Адама Вейкарта. Ланской был нелегким пациентом. Он подсмеивался над сутулой спиной своего эскулапа, его огромным носом, подшучивал над его лекарствами. Сидя на постели своего возлюбленного, Екатерина пона- чалу забавлялась его капризами. Однако состояние больного быстро ухудшалось. Вейкарт объявил импера- трице, что у Ланского злокачественная лихорадка (воз- можно, так он называл сильную ангину), осложненная симптомами грудной жабы, и без обиняков заявил, что летальный исход практически неизбежен. Императрица отказывалась верить в худшее. «Вы не знаете, какая у него крепкая натура», — возражала она Вейкарту. Но немец только качал головой. Игнорируя предписания Вейкарта, Ланской обратился за помощью к своему соб- ственному врачу Соболевскому, а его вечно пьяный ка- мердинер потихоньку приносил ему вино целыми стака- нами. Фавориту становилось все хуже. Осознав серьез- ность положения, императрица потеряла покой. Вейкарт настаивал на том, чтобы ее удалили из комнаты боль- ного, так как считал болезнь Ланского заразной. Но Ека- терина не колебалась ни минуты между этими благораз- умными советами и голосом сердца. Вскоре и у нее поя- вились тревожные симптомы боли в горле, но она не обращала на это никакого внимания и самоотверженно ухаживала за любимым. У Ланского начался бред. Он все еще узнавал императрицу и называл ее по имени, но не понимал, где находится и что с ним. Человек крепкого здоровья, Александр тем не менее не смог преодолеть недуг, ослабивший его сердце. 25 июня 1784 года Лан- ской скончался.