№ 86 / Весна-Лето 2026

OPEN №86 2026 8 Леони Свонн. Гленнкилл: следствие ведут овцы / Перевод с нем. Маргариты Ключак. — М.: Дом историй, 2024. Очень симпатичная книжка, обаятельная, забавная, чуть ироничная, с известной долей отстранения — мир людей глазами животных, пусть и одомашненных, но вполне разумных, самостоятельных, со своей ориги- нальной мифологией. Есть даже некоторый философский подтекст, точнее, почти детский (зверский) не- замутненный наивный взгляд на мир человечий. «Мельмот забрался на вершину холма, чтобы все могли его видеть. Горячий ветер трепал его косматую шерсть и раздувал ее, словно трепещущее серое пламя. Рога сверкали на солнце. — Кто ваш злейший враг? — спросил Мельмот. — Мясник! Габриэль! Мастер-охотник! Волк! — хором заблеяли овцы. В последнее время у них развелось столько врагов, что сложно было выбрать одного. — Пропасть, — философски отметила Зора. — Неверно, — сказал Мельмот. — Ваш злейший враг — вы сами! Вы сами, вялые и ленивые, трусливые и малодушные, бездумные и простодушные! Сомнений больше не осталось: Мельмот спятил». С детективной интригой писательница почти справилась, разве что чуть слила в самом финале. Впрочем, впечатление от книги это не портит. «Все, что по-настоящему красиво, ты всегда можешь видеть. Небо. Траву. Небесных барашков. Солнце. Но это принадлежит всем, а не тебе одной». Эдуард Веркин. Сорока на виселице: Роман. — М.: Эксмо, 2025. «…Зло и гравитация — явления одного порядка, и то, и другое преодолимо…» Эта книга, едва выйдя из типо- графии, стала культовой и уже разошлась на цитаты. «…Если есть скорость света, то есть и скорость тьмы…» «Сорока на виселице», представьте себе, утопия! Жанр редкий, даже диковинный по нынешним временам. Сейчас утопий не пишут, не в тренде. Антиутопию написать поди как легче — каждый может нафантазиро- вать худшее. А тут вот почти идеальный мир. Конечно, современная утопия в чистом виде существовать не может, это утопия с червоточиной, миной, неочевидным изъяном, который смутно маячит в неопределен- ном будущем… Триста с лишним лет вперед. Не поубивали, не изничтожили, не передрались. Более того, на будущей Земле не осталось настоящего страха. Удобная, уютная, безопасная, чистая планета, где от каж- дого по способностям и талантам, каждому по потребностям и даже сверх того. Технология репликации — что-то вроде современной 3D, но на высочайшем уровне — отменила промышленность в прежнем ее виде. Можно воспроизводить практически все — от вкусных пирогов и качественной одежды до любых механиз- мов и материалов. А еще появилась синхронная физика, интуитивное прозрение нескольких гениев, изуча- ющая механизмы причинности в случайных и не взаимосвязанных друг с другом событиях. То ли парадок- сальная наука, дающая необычайные возможности, то ли величайшая афера гениальных безумцев. Хотя благодаря им расширены границы обитаемой Вселенной. Что дальше? А зачем это дальше? Живи, радуйся, летай, изучай, осваивай — будь сам собой доволен. Так считают многие. Зачем тратить ресурсы, если можно развивать имеющееся? Но не таковы синхронные физики! Они не боятся неопределенности, они го- товы рисковать. Для этого на дальней планете Реген готовится опасный эксперимент необычайной сложно- сти с непредсказуемым результатом. Осталось лишь получить вердикт Большого жюри. Джордж Сентсбери. Заметки из винного погреба / Перевод с англ. Владимира Петрова. — М.: Ad Marginem, 2024. Эта небольшая книга увидела свет сто с лишним лет назад, в 1920 году. Жанр, как мы бы сейчас опреде- лили, нон-фикшн, зато по настроению, стилю, посылу получилась оптимистичная, духоподъемная, про ра- дости и удовольствия жизни. Упоительная — в буквальном смысле слова — in vino veritas! Автор Джордж Сентсбери считается одним из самых влиятельных английских критиков конца XIX — начала XX века, исто- рик литературы, профессор, редактор и прочая, прочая, заслуг на этом поприще масса. Прожил очень долго — родился в 1845-м, умер в 1933-м. Всего добился собственными талантами и невероятной трудо- способностью, классический self made. «Хрестоматийный викторианец», убежденный консерватор, Оруэлл называл его реакционером, очень религиозный, не сибарит, но просвещенный гедонист. Парадоксально: всемирную славу Сентсбери принесли именно скромные «Записки из винного погреба», написанные, когда автору было за семьдесят. Как знатоку и человеку, для которого «потребление первоклассного вина было частью повседневной жизни», проницательный издатель заказал ему ни больше ни меньше «Энциклопедию вина». Сил и энергии на полноценную энциклопедию не хватило: «Я слишком стар», — признался он в предисловии. Сочетание огромного и разнообразного личного опыта, страсти, всесторонне развитого вкуса, остроумия, умения сопоставлять и анализировать, находить неожиданные яркие образы, богатейшего ассоциативного ряда, не говоря уже про общую культуру, сделало «Записки…» культовыми. Конечно, в первую очередь у ценителей хорошего алкоголя — виноторговцев, историков, критиков. Ска- жем, некоторые напитки, популярные в XIX веке — мум, кап, бишоп, нигес, — остались только в старых винных каталогах, без подробностей, описаний, а Сентсбери поделился с любознательными потомками сакральным знанием, каковы они были на вкус. Подготовила Клариса ПУЛЬСОН КНИГИ