№ 87 / Осень-Зима 2026-27

классик СОДИС 57 и никак не могла дождаться. И вот во время одного из таких походов прямо из церкви она сбежала. божия милость Снова потянулись голодные, неприкаянные дни на улице. В один из таких дней Элла стояла перед входом в концертный зал «Аполло» и читала объявление: «Ищем таланты. Приходите и покажите, на что вы способны. Приз за первое место — 25 долларов». В назначенный день она ждала в длинной очереди «та- лантов» под проливным дождем. В «Аполло» пускали ма- ленькими группами, вызывая то танцоров, то певцов, то рассказчиков, то фокусников. Элла примкнула к группе танцоров в надежде поразить жюри танцем африканских дикарей, с которым она недолго «гастролировала» по Гарлему… Это сейчас «Аполло» легендарный зал, внесенный в список мирового культурного наследия ЮНЕСКО. А в начале 1930-х здесь было злачное местечко — бурлеск для не слишком взыскательной гарлемской публики. Зло- вещей фигурой на сцене «Аполло» был так называемый палач. Хотя не палач, а скорее дворник. Если зрителям не нравился кто-то из артистов и они начинали свистеть и улюлюкать, появлялся этот самый палач-дворник с огромной метлой и буквально выметал несчастного со сцены. В день конкурса, в котором выступила Элла, у палача-дворника было много работы. Кроме жюри в зале были и зрители, почти никто из конкурсантов им не нравился, и метла то и дело шла в ход. Итак, Элла пришла на конкурс вместе с танцорами. Но случилось, что прямо перед ней выступало танце- вальное трио «Сестры Эдвардс» — будущие бродвейские знаменитости, и они танцевали так, что Элла поняла: на их фоне она будет выглядеть бледно. И тут словно внутренний голос шепнул ей: «Спой!» Дрожащая и рас- трепанная, встреченная дружным хохотом зала, она по- явилась на сцене и попросила оркестр сыграть для нее аккомпанемент популярной песни «Джуди». Позднее те, кто был в зале, вспоминали, что стали тогда свидетелями чуда. От куплета к куплету голос Эллы как будто разрас- тался… Она закончила под оглушительные аплодис- менты и одобрительный крик зала. Все вопросы о побе- дителе были сняты! Эллу удостоили не только главного приза (25 долларов — фантастическая для нее сумма!), но и ангажемента на выступления в «Аполло»! Ее кон- церты должны были продолжаться неделю. Но их прод- лили на месяц, а потом еще на один. Голос Эллы легко и уверенно сливался с джаз-бандом «Аполло» и покорял с первых нот. Новые песни она разучивала за несколько минут, лишь подглядывала в текст, расположенный на пюпитре. При этом зрители с уважением думали, что перед ней ноты. Но ей не нужны были ноты, да она и по- нятия не имела о музыкальной грамоте. Природный та- лант, дремавший в ней шестнадцать лет, вырвался на сво- боду. «В тот момент, — скажет она позже, — я поняла, что сцена — единственное место, где я не одинока, где меня любят, где я нужна». лестница славы Концерты в «Аполло» стали первым шагом в ее ка- рьере. И новые шаги не заставили себя ждать. Да что там шаги! Она просто взлетела по крутым ступеням шоу-биз- неса, обгоняя всех. Барабанщиком и руководителем оркестра «Аполло» был уважаемый во всем Гарлеме пожилой музыкант Чик Уэбб. Он взял Эллу под свое крыло, называл ее неогранен- ным бриллиантом, подбирал для нее репертуар. И бук- вально через несколько месяцев этот бриллиант сверкнул на всюАмерику. Забавно и трогательно, что первым хитом в исполнении Эллы стала детская песенка про желтую корзинку «A tisket, a tasket». Эту песенку любила напе- вать мама Эллы. Но исполненная в джазовом стиле она зазвучала по-новому — задорно и зажигательно. Запи- санная на пластинку «A tisket, a tasket» в считаные дни разошлась миллионным тиражом. Первый же сингл Эллы стал золотым! Посыпались предложения от компаний звукозаписи, от радиостанций и концертных площадок, завлекавших новую звезду неслыханными гонорарами. Любой девушке такой успех вскружил бы голову. Но Элла оставалась все такой же простой и застенчивой. Прята- лась от журналистов, отказывалась от интервью, убегала от поклонников через задние двери концертных залов. Чик Уэбб, который в то время разменял уже шестой десяток, стал для нее не просто импресарио, но и мудрым наставником, проводником по жизни. «Я наконец обрела настоящего отца», — говорила о нем Элла. Когда летом 1939 года Чик неожиданно умер от сердечного приступа, Элла вновь пережила чувство му- чительной утраты. Несколько месяцев она отказывалась от выступлений и записей. Но музыканты из оркестра «Аполло» убедили ее, что надо продолжать жить ради памяти Уэбба. Они дали своему коллективу новое назва- ние — «Элла Фицджеральд и ее знаменитый оркестр». За пять первых лет карьеры тиражи ее пластинок пре- высили 10 миллионов. Она оказалась на верхней сту- пеньке лестницы шоу-бизнеса. свобода В начале 1940-х Элла ворвалась в мир бибопа — стиля дерзкого, сложного, почти хулиганского. Она начала экс- периментировать со скэтом— вокальной импровизацией, где голос подражает саксофону, трубе и даже ударным. Это было невероятно трудно, но она влюбилась в эту сво- боду.